Новости
Публикации

«Преждевременные антифашисты» — от Кембриджской пятёрки до сего дня

Вероника Крашенинникова, РИА Новости, 7 мая 2020 года

«Преждевременные антифашисты» — так власть и охранные органы в Америке язвительно называли людей, которые выступали против фашизма в то время, когда правительство США все еще отлично ладило с фашистской Италией и нацистской Германией. Среди таких «ранних» были и участники Интернациональных бригад, в их числе — американской бригады имена Авраама Линкольна, которые поехали воевать в Испанию за Республику, против фашистского переворота генерала Франко. Напомню, это был уже 1936 год — куда как «преждевременно»: война шла в открытую, и Гитлер вместе с Муссолини поставляли Франко живую силу и технику, в частности германский авиационный Легион Кондора и итальянский пехотный Корпус добровольческих сил.

А участники Кембриджской пятёрки действительно раньше других, еще в начале 1930-х годов, поняли, какая опасность надвигается на Европу. Понимали не только они, но и десятки тысяч других образованных людей в мире, и особенно в Советском Союзе. Научный анализ законов капитала давал точный прогноз его действий. С 1867 года все, кто умел читать и интересовался вопросом, знали, что капитал «при 100 процентах прибыли попирает все человеческие законы, а при 300 процентах нет такого преступления, на которое он не рискнул бы, даже под страхом виселицы». Это цитата из «Капитала» Маркса, поясню на всякий случай.

Борьба против фашизма была неотъемлемо связана с социалистическим устройством общества, со стремлением к справедливому миру. Тогда только Советский Союз занимал принципиальную позицию по отношению к идеологии ненависти и насилия. Западный капитализм, даже когда он имел «человеческое лицо» в виде социал-демократии, слишком легко поддавался интересам капитала и шел на «компромиссы». Иногда такие компромиссы были больше похожи на коллаборационизм: социал-демократы превращались в сообщников, как глава СДПГ Фридрих Эберт в Германии, став рейхсканцлером в 1918 году и затем рейхспрезидентом в 1919-м: он опасался роста влияния коммунистического Союза Спартака и заключил секретную сделку с армией, которая жестоко подавила восстание спартакистов. А к НСДАП правительство Эберта отнеслось вполне снисходительно — как к силе, противостоящей «красной чуме».

История доказала правоту «преждевременных антифашистов». Если бы больше людей на Западе, особенно в правительствах, разделяли их мнение, то Советскому Союзу, возможно, не пришлось бы нести такие тяжелые потери.

А что сегодня? За что Ким Филби и тысячи единомышленников боролись бы сегодня?

Ветеран разведки Андрей Безруков, более двадцати лет прослуживший разведчиком-нелегалом в США и других странах, пишет в статье «Ким Филби как феномен служения» в «Известиях»: «Разведка первой, как лакмусовая бумажка, чувствует присутствие или недостаток правды. Быть на стороне правды — ее самое сильное оружие». И дает формулу успеха не только для разведки, но и для государства: «Страна на правильном пути, если ей готовы служить, особенно если ей готовы служить иностранцы. Разведка — это борьба не столько умов, сколько сердец. Без высокой патриотической идеи разведка из искусства служения Родине вырождается в тайное ремесло, абсолютно необходимое, но недостаточное для победы».

Нацистский Третий рейх был разгромлен 75 лет назад. Но идеология фашизма как инструмент самых реакционных кругов финансового капитала исчезнуть не могла. И, как хорошо известно из теории и из истории, в период экономического кризиса противоречия обостряются и капитализм устремляется в ультраправую сторону. Поэтому борьба против этой идеологии, которая принимает новые формы и обличья, — процесс постоянный, столь же актуальный сегодня, как и в 1930-е годы в Европе.

«В чем же источник влияния фашизма на массы? Фашизму удается привлечь массы потому, что он демагогически апеллирует к их особенно наболевшим нуждам и запросам. Фашизм не только разжигает глубоко укоренившиеся в массах предрассудки, но он играет и на лучших чувствах масс, на их чувстве справедливости и иногда даже на их революционных традициях».

Если бы вместо слова «демагогия» стоял «популизм», вы бы сказали, что эта фраза сказана сегодня. Но нет. Это доклад Георгия Димитрова на VII Всемирном конгрессе Коминтерна в 1935 году.

Продолжим: «И массы мелкой буржуазии, даже часть рабочих, доведенные до отчаяния нуждой, безработицей и необеспеченностью своего существования, становятся жертвой социальной и шовинистической демагогии фашизма».

Доклад Димитрова звучит сегодня настолько актуально, что становится жутковато. Мы наблюдаем подобные процессы в большинстве стран Европы в последние годы. Нет сомнения, что экономический кризис, который последует за пандемией коронавируса, обострит противоречия между государствами и внутри государств.

Конечно, в XXI веке фашизм приобрел новые формы, новые понятия и направления действий. Лишь на Украине и в Прибалтике радикалы носят все те же знамена Бандеры, одеваются в форму своих легионов СС и маршируют со свастиками и факелами. Но подавляющее большинство сегодняшних экстремистов — уже не скинхеды, они отрастили волосы, оделись в приличные костюмы, учредили «патриотические» организации и пошли во власть.

Примо Леви, бывший узник Освенцима, предупреждал о приходе «нового фашизма, <…> идущего на цыпочках и называющего себя другими именами».

В России понимание нацизма и фашизма исторически привязаны к гитлеровскому Третьему рейху, режимам Муссолини и Франко. А «обновленный облик» послевоенного фашизма у нас мало известен. И поэтому попытки современных западных «новых фашистов» представить себя «друзьями» России — это самое изощренное оскорбление, которое можно нанести истории и национальному сознанию россиян.

Мы празднуем День Победы, вспоминая павших и благодаря их за великую жертву, которой обязаны своим существованием. Однако этого мало. Мы обязаны знать сегодняшние формы идеологии ненависти и насилия, чтобы быть способными защитить Победу — и самих себя — от возрождения старого зла в новых формах.